"Новым Преображенцам" на заметку.
С какой бы профанацией минобороновские специалисты не возродили бы согласно приказа Верховного Главнокомандующего имя Лейб-Гвардии Преображенского полка в лице 154-го отдельного Преображенского комендантского (!), с этим решением остается только смириться.
Однако в этой связи становится любопытным, рискнет ли командование полка и вообще военное руководство связать истории данных войсковых частей или "почетное наименование Преображенский" останется только еще одним словом в названии и темой для глумления и армейских анекдотов, что бы там Владимир Владимирович о сем не думал.
Поживем - увидим.Тем ни менее хотелось бы чтобы господа офицеры в данном вопросе имели знания, а не мнения, поскольку в блогосфере за последнее время как грязи развелось горластых специалистов по истории полков Русской Императорской Гвардии, которым значение термина "Гвардейский Балл" объяснить невозможно.
Сам пожалуй начну просвящать по Истории Полка с полковой формы последнего Царствования (таблица из Шенка )
Продолжу кратким историческим формуляром Л.Гв.Преображенского полка по состоянию на 1910 год согласно Справочной Книжки Императорской Главной Квартиры ""Императорская Гвардия" (выложено на Руниверсе), который выглядел таким образом:
И закончу лакмусовой бумажкой для "Новых Преображенцев", которая очень явно покажет кто они такие, "Иваны родства не помнящие" и помнить не желающие, поскольку строевая много времени отнимает и сушит интеллект, или Русские Солдаты, которые будут стремится стать достойными имени и показанного выше боевого пути данного полка.
Краткий экскурс в историю. Летом 1919 года семь "Преображенских" офицеров были отправлены А.Деникиным в распоряжение Верховного Правителя России адмирала А.Колчака, один из них - капитан Д.Д.Литовченко при этом вел дневник оказавшийся весьма ценным источником касательно периода, гражданской войны вообще и причин падения "Белой Сибири" в частности.
15, 16 и 17 июля (2, 3 и 4 июля)
"...Сидим по-прежнему на станции Богданович. Все время проходят эшелоны с войсками в тыл. Я вижу, что тут нужна только хорошая палка, и вся эта отступающая публика задержит как угодно красных. Людской резерв громадный, и нужно только умело его влить в части, разогнать часть штабов, и все дело пойдет хорошо. Мы все возлагаем большие надежды на ген. Лохвицкого, который, надо думать, разгонит всю эту шушеру, которая тут командовала и распоряжалась. [10]
Присмотревшись здесь, приходится убедиться, что тут делается та же чертовщина, что и в Добр. Армии. Организации нет никакой, снабжение поставлено отвратительно, войска стояли 13 месяцев без смены, резервы не подготовлены, командный состав никуда не годный, в войсках ведется пропаганда, всюду масса С-Р. Необходима коренная ломка, и при имеющемся людском материале можно создать армию, при наличии офицерства. Теперь понятно, почему на нашу группу офицеров обратили такое внимание и хотят нас использовать как кадр надежной части, так как при отсутствии приличного офицерства мы являемся самым желанным элементом. К сожалению, сейчас мы сидим без всякого дела, т. к. при всем желании в прифронтовой полосе ничего нельзя предпринять. Лохвицкий уехал вперед и с какими-то небольшими частями хочет задержать наступление обнаглевших красных. Екатеринбург сдан, и сражение идет у станции Косулино в 70 верстах отсюда. Южные дела тоже неважны, сдан Златоуст, и красные перевалят через весь Урал.
Как неверны были у нас сведения в Добр. Армии про армию Колчака, когда говорили, что это громадная дисциплинированная армия с колоссальными резервами. Все это могло бы быть при талантливых руководителях и при хороших организаторах, а сейчас все идет насмарку. Тут и академия, и военные училища, и людской запас большой, и дисциплина была в армии, а благодаря неумелому наступлению и распылению своих сил Армия сейчас никуда не годна и сдала богатейший район заводов с их сетью жел. дорог. Положим, все надеются, что через месяц армия оправится, пополнится и снова пойдет вперед. Без толку теряем время и ничего не делаем. Какого черта нас потащили туда, где нельзя формироваться?!..."
Прибыла данная группа в Омск слишком поздно, до возрождения Преображенского полка уже не дошло, офицерами-преображенцами был сформирован егерский батальон который осенью 1919 года принял участие в боях с наступающей Красной Армией.
Сложилась судьба данных офицеров трагично:
"...Рукой моей матери в дневнике сделана приписка (Л.-В.):
«Скончался в 5 ч. утра 7/20 ноября. Похоронен 13/26 ноября на ст. Барабинской».
То, что я знаю со слов преображенца А. Стаховича:
19-го ноября они встретились с красными, но отбили атаку. Вымученные, усталые предыдущими днями: — «17-го мы промахнули сразу 60 верст через дер. Крутолучинская до Стефановской, пройдя всю ночь».
Офицеры легли спать в доме священника, не подозревая, что есть засада. Их разбудила группа красноармейцев и приказала встать к стенке на расстрел. Брат моего отца, Юрий Дмитриевич Литовченко (он упомянут несколько раз в дневнике: «Юра»), попросил одеться, «чтобы не предстать в неподобающем виде перед Господом Богом». По-видимому, пораженные такой просьбой, они разрешили. Офицеры были расстреляны. Юрий Литовченко был убит сразу. Мой отец дожил до утра. (1891—1919)
Из всей группы офицеров выжил лишь Стахович, он и передал дневник моей матери уже в эмиграции, в Югославии..."
Т. Д. Литовченко-Вышеславцова.
Итак, хватит ли духу у "Новых Преображенцев" вспомнить про людей воспитанных в полку имя которого им дали, которые глядя в глаза смерти попросили у красноармейцев одеться перед расстрелом «чтобы не предстать в неподобающем виде перед Господом Богом» и если и не найти их могилу (это видимо уже невозможно) то по крайней мере установить с участием этих молодых людей в ярких мундирах и с карабинами в руках с фотографии выше на станции Барабинск мемориальную доску. Я даже не прошу от офицеров полка воспитания столь же достойного поведения перед лицом смерти, этого будет добиться куда сложнее.
Однако в этой связи становится любопытным, рискнет ли командование полка и вообще военное руководство связать истории данных войсковых частей или "почетное наименование Преображенский" останется только еще одним словом в названии и темой для глумления и армейских анекдотов, что бы там Владимир Владимирович о сем не думал.
Поживем - увидим.Тем ни менее хотелось бы чтобы господа офицеры в данном вопросе имели знания, а не мнения, поскольку в блогосфере за последнее время как грязи развелось горластых специалистов по истории полков Русской Императорской Гвардии, которым значение термина "Гвардейский Балл" объяснить невозможно.
Сам пожалуй начну просвящать по Истории Полка с полковой формы последнего Царствования (таблица из Шенка )
Продолжу кратким историческим формуляром Л.Гв.Преображенского полка по состоянию на 1910 год согласно Справочной Книжки Императорской Главной Квартиры ""Императорская Гвардия" (выложено на Руниверсе), который выглядел таким образом:
И закончу лакмусовой бумажкой для "Новых Преображенцев", которая очень явно покажет кто они такие, "Иваны родства не помнящие" и помнить не желающие, поскольку строевая много времени отнимает и сушит интеллект, или Русские Солдаты, которые будут стремится стать достойными имени и показанного выше боевого пути данного полка.
Краткий экскурс в историю. Летом 1919 года семь "Преображенских" офицеров были отправлены А.Деникиным в распоряжение Верховного Правителя России адмирала А.Колчака, один из них - капитан Д.Д.Литовченко при этом вел дневник оказавшийся весьма ценным источником касательно периода, гражданской войны вообще и причин падения "Белой Сибири" в частности.
15, 16 и 17 июля (2, 3 и 4 июля)
"...Сидим по-прежнему на станции Богданович. Все время проходят эшелоны с войсками в тыл. Я вижу, что тут нужна только хорошая палка, и вся эта отступающая публика задержит как угодно красных. Людской резерв громадный, и нужно только умело его влить в части, разогнать часть штабов, и все дело пойдет хорошо. Мы все возлагаем большие надежды на ген. Лохвицкого, который, надо думать, разгонит всю эту шушеру, которая тут командовала и распоряжалась. [10]
Присмотревшись здесь, приходится убедиться, что тут делается та же чертовщина, что и в Добр. Армии. Организации нет никакой, снабжение поставлено отвратительно, войска стояли 13 месяцев без смены, резервы не подготовлены, командный состав никуда не годный, в войсках ведется пропаганда, всюду масса С-Р. Необходима коренная ломка, и при имеющемся людском материале можно создать армию, при наличии офицерства. Теперь понятно, почему на нашу группу офицеров обратили такое внимание и хотят нас использовать как кадр надежной части, так как при отсутствии приличного офицерства мы являемся самым желанным элементом. К сожалению, сейчас мы сидим без всякого дела, т. к. при всем желании в прифронтовой полосе ничего нельзя предпринять. Лохвицкий уехал вперед и с какими-то небольшими частями хочет задержать наступление обнаглевших красных. Екатеринбург сдан, и сражение идет у станции Косулино в 70 верстах отсюда. Южные дела тоже неважны, сдан Златоуст, и красные перевалят через весь Урал.
Как неверны были у нас сведения в Добр. Армии про армию Колчака, когда говорили, что это громадная дисциплинированная армия с колоссальными резервами. Все это могло бы быть при талантливых руководителях и при хороших организаторах, а сейчас все идет насмарку. Тут и академия, и военные училища, и людской запас большой, и дисциплина была в армии, а благодаря неумелому наступлению и распылению своих сил Армия сейчас никуда не годна и сдала богатейший район заводов с их сетью жел. дорог. Положим, все надеются, что через месяц армия оправится, пополнится и снова пойдет вперед. Без толку теряем время и ничего не делаем. Какого черта нас потащили туда, где нельзя формироваться?!..."
Прибыла данная группа в Омск слишком поздно, до возрождения Преображенского полка уже не дошло, офицерами-преображенцами был сформирован егерский батальон который осенью 1919 года принял участие в боях с наступающей Красной Армией.
Сложилась судьба данных офицеров трагично:
"...Рукой моей матери в дневнике сделана приписка (Л.-В.):
«Скончался в 5 ч. утра 7/20 ноября. Похоронен 13/26 ноября на ст. Барабинской».
То, что я знаю со слов преображенца А. Стаховича:
19-го ноября они встретились с красными, но отбили атаку. Вымученные, усталые предыдущими днями: — «17-го мы промахнули сразу 60 верст через дер. Крутолучинская до Стефановской, пройдя всю ночь».
Офицеры легли спать в доме священника, не подозревая, что есть засада. Их разбудила группа красноармейцев и приказала встать к стенке на расстрел. Брат моего отца, Юрий Дмитриевич Литовченко (он упомянут несколько раз в дневнике: «Юра»), попросил одеться, «чтобы не предстать в неподобающем виде перед Господом Богом». По-видимому, пораженные такой просьбой, они разрешили. Офицеры были расстреляны. Юрий Литовченко был убит сразу. Мой отец дожил до утра. (1891—1919)
Из всей группы офицеров выжил лишь Стахович, он и передал дневник моей матери уже в эмиграции, в Югославии..."
Т. Д. Литовченко-Вышеславцова.
Итак, хватит ли духу у "Новых Преображенцев" вспомнить про людей воспитанных в полку имя которого им дали, которые глядя в глаза смерти попросили у красноармейцев одеться перед расстрелом «чтобы не предстать в неподобающем виде перед Господом Богом» и если и не найти их могилу (это видимо уже невозможно) то по крайней мере установить с участием этих молодых людей в ярких мундирах и с карабинами в руках с фотографии выше на станции Барабинск мемориальную доску. Я даже не прошу от офицеров полка воспитания столь же достойного поведения перед лицом смерти, этого будет добиться куда сложнее.